Илья Кириллов, ветеран СВО — Лица Химок

Илья Кириллов, ветеран СВО:
— Я очень долго мечтал стать военным.

Андрей Панченко, корреспондент:
— Почему?

Илья Кириллов:
— Да как-то так сложилось. Я с детства смотрел военные фильмы «Спецназ», потом «Кодекс чести», и мне понравилось. Отец постоянно покупал мне игрушки — пистолеты, автоматы.

Андрей Панченко:
— Непростая судьба закалила в парне твёрдый характер бойца. До переезда в Химки ему довелось жить в детском доме в Чувашии. Воссоединение с матерью произошло уже здесь, в 16 лет.

Илья Кириллов:
— Мама встретила хорошо, а адаптировался я тяжело. Кстати, одно из любимых мест у меня было на той стороне станции — там тоже парк хороший. Частенько один там гулял.

Андрей Панченко:
— Едва Илье исполнилось 18, как он ушёл служить срочную службу. Любовь к военному делу подкрепили новые полученные навыки. Следом подписал контракт, который закончился задолго до начала СВО. Будучи уже гражданским человеком, не смог остаться в стороне.

Илья Кириллов:
— Просто пришёл в военкомат и говорю: я умею то-то, то-то и хочу помогать Родине.

Андрей Панченко:
— И вас сразу определили в мотострелковые войска или как это произошло?

Илья Кириллов:
— Да, меня сразу туда определили. Ну и как раз там начали собирать этот Чувашский полк. Мне предложили: «Со своими пойдёшь?» — или могли определить куда-то ещё, так как я служил по контракту недалеко от дома. Я сказал: «Лучше со своими, лучше с земляками».

Андрей Панченко:
— Военную службу Илья проходил вместе с земляками — как из Чувашии, так и из Химок. Они и дали ему запоминающийся позывной.

— Хотелось бы узнать про ваш позывной.

Илья Кириллов:
— Морж.

Андрей Панченко:
— Почему?

Илья Кириллов:
— У меня, когда усы отрастают, они растут вниз, как клыки у моржа.

Андрей Панченко:
— И товарищи дали такой позывной?

Илья Кириллов:
— Да. Они сначала посмеялись, посмеялись, а потом приелось — и менять не стали.

Андрей Панченко:
— Вместе с товарищами они защищали Родину на Запорожском направлении. Окапывались на позициях и удерживали их. На одном из боевых выездов, когда Илья с побратимами ехали выполнять задачу, снаряд ударил рядом с машиной. Тогда он и получил тяжёлую травму.

— Сколько вас в группе тогда было?

Илья Кириллов:
— В машине? Пять человек. Трёхсотый я один, а остальные сильно контуженные. Потому что снаряд упал в метре от машины, в полуметре — что-то такое.

Андрей Панченко:
— Можно узнать про психологический момент. Как вы это принимали?

Илья Кириллов:
— С рукой? Когда её не стало, я об этом не знал. Потому что мой товарищ сказал, что меня только чуть-чуть «затрёхсотило», что меня сейчас зашьют — и мы поедем обратно. Я такой: ну, первое ранение есть. Сначала не больно, в моменте.

Когда уже после обезбола мы доехали до своих — там недалеко оставалось ехать, — меня обезболили, оказали первую помощь, поехали, и тут начала осознаваться боль, сильная боль.

И узнал о том, что нет руки, я уже непосредственно в полевом госпитале, когда меня привезли на профессиональное оказание помощи. У врача спросил: «Что с рукой?» Он сказал: «Посмотри». Я посмотрел — и было грустно.

Первая фраза, которую я никогда в жизни не забуду, которую сказал, когда узнал, что нет руки, — я спросил у врача: «Как я буду на гитаре играть?»

Андрей Панченко:
— До того злополучного снаряда, даже находясь на позиции, товарищи всегда несли Илье гитару. Музыка позволяла им отвлечься от тягот боевых действий.

В принятии нового себя Илье помогли в Ассоциации ветеранов СВО и пригласили вступить к ним.

Илья Кириллов:
— Ветераны всё равно должны держаться вместе, для взаимопомощи друг другу. Это очень важно.

Андрей Панченко:
— Это больше психологическая поддержка или прагматическая?

Илья Кириллов:
— Это и психологическая, и прагматическая. Психологически нам сейчас тяжело общаться с гражданскими людьми, а между своими мы общаемся легко, открыто — и это тоже даёт какой-то бонус.

Андрей Панченко:
— Сегодня Илья Кириллов работает на заводе «Энергомаш». Всё ещё помогает Родине, но уже в тылу. Ветерана боевых действий часто приглашают вести уроки мужества и на своём примере рассказывать о событиях, которые сейчас происходят.

Вы, как представитель защитников Отечества, хотели бы что-то изменить, поменять?

Илья Кириллов:
— Нет. Если бы была возможность вернуться назад и выбрать — пойти на СВО или не пойти, — я бы всё равно пошёл. Потому что есть такая профессия — Родину защищать. И я три года этому учился: это срочная служба, это контрактная служба.

И когда Родина позвала, нехорошо отсиживаться, что-то зная и умея. Тем более, гуляя здесь, мы видим, что здесь тихо и спокойно благодаря тому, что там люди до сих пор работают и мы работали.

И пока мы здесь находимся… может, мы сфоткаемся? Или меня можно сфоткать здесь.

Андрей Панченко:
— Давайте.