Любовь Камаева, руководитель школы творчества «Эпохи» – Лица Химок

Александр Сергеев, корреспондент:
На этих стендах — результат работы мастеров, чьи техники уже практически забыты. Почти никто не сможет отличить особенности кружевоплетения на коклюшках от тамбурной вышивки и орловской бранки. И мало кто без словаря может сказать, чем занимались бондари, лачилы и трипальщицы. Ремёсла эти и многие другие уже давно не существуют, да и названия их вспомнит не каждый. Впрочем, есть в Химках люди, которые поставили перед собой цель не только сохранить память об исконно русских промыслах, но и обучить мастерству.

И основатель творческой студии «Эпохи» Любовь Камаева вот уже несколько лет успешно справляется с этой задачей.

Любовь Камаева, руководитель школы творчества «Эпохи»:
— Здравствуйте, заходите к нам.

Александр Сергеев:
— Здравствуйте, Любовь Геннадьевна! Расскажите, что у вас в вашей школе творчества.

Любовь Камаева:
— Вот как раз вовремя пришли. У нас прошёл первый выпускной нашей школы. Со дня открытия у нас вот работы детей висят — как раз выпускников. Помимо живописи и рисунка, мы, конечно же, их знакомим со всеми промыслами России. Мы хотим, чтобы промыслы России у нас процветали: это наше народное достояние, наша культура.

Александр Сергеев:
— Давайте посмотрим результат работы.

Любовь Камаева:
— Пойдёмте посмотрим, да. У нас здесь есть работы как преподавателей, так и детей. Здесь у нас вот есть работы по резьбе — это как раз работы детей. Здесь в основном они начинают с плоского, естественно, да: это плоская резьба, трёхгранка. Потом уже у них уходит на объёмные какие-то вещи.

Идут у нас уже объём, рельеф, барельеф. И потом уже на малую скульптурку они уходят. Это вот у нас резьба. Вышивка тоже. Вот у нас много образцов по вышивке.

Вышивка разная у нас, ну, естественно, гладь: счётная гладь и гладь по рисунку. Она самая простая, наверное. Счётная техника — самая сложная, потому что, ошибаясь в одной ниточке, уже весь рисунок ломается — приходится распускать и начинать заново. Но моя любимая — это золотное шитьё, потому что это у нас на Руси самая богатая техника: жемчужная, золотая. Пришла она с облачения церковных, потом она стала светской уже, естественно. Это дворянская была.

Кстати, много мужчин раньше вышивало, сейчас уже не вышивает. Вот у нас кружевоплетение на коклюшках. Девчонки коклюшки перебирают — шум стоит, но им это очень нравится, успокаивает, как медитация идёт.

Александр Сергеев:
— А что это за платье? В какие времена это вообще носили?

Любовь Камаева:
— Вот здесь вот у нас представлена часть коллекции Надежды Петровны Божьевой. Это моя преподавательница по вышивке, по народному костюму.

Александр Сергеев:
— Это как образец, да? И они по этому костюму создают?

Любовь Камаева:
— Ну да, это как образец представлен в плане того, что можно на основе русского костюма, на основе русской народной вышивки создать современные вещи. Вот эти костюмы созданы по мотивам золотного шитья, по мотивам тамбурной вышивки. Мережки те же использованы — уже забытые мережки, которые, ну, уже больше, наверное, никто и не сядет делать.

Если у нас крестецкая строчка сейчас возобновилась и она действует, то многие вышивки уже исчезли. Такие, как рязанская вышивка — там уже единицы, которые занимаются. Это очень трудоёмкая работа, и сидеть по счёту считать ниточки не каждый захочет.

Для тех, кто будет заниматься в дальнейшем, допустим, созданием одежды, начинают, естественно, с плоского. Они учат просто какой-то элемент вышивки — вот где то счётная, где-то по контуру.

Потом, если кто-то у нас постарше, естественно, будет желание заниматься дизайном одежды, вот это идёт от эскиза до готового изделия. То есть мы должны будем сначала отобрать какую-то модель интересную, но на основе народного костюма, потому что хочется, чтобы какой то отклик русского костюма всё-таки остался.

Наши кутюрье много теряют, глядя на зарубежных кутюрье, потому что мы все привыкли восхищаться: «Ой, как красиво там какой-то кутюрье выставил коллекцию с вышивкой!»

Но на самом деле, в принципе, вся вышивка России гораздо объёмнее, гораздо больше и интереснее. И, по большому счёту, они у нас берут — не мы у них заглядываем, а они у нас. Они приезжают в какую-нибудь глубинку Рязанской губернии, смотрят вот эту красотищу, вот эту цветную перведь, и потом создают изделия, а мы восхищаемся.

Очень обидно становится, когда вот вышивку наши дети не знают. 

Это мой дипломный проект. Это вот как раз от эскиза до готового изделия. Это моя дипломная работа. Я её делала в мастерских Юдашкина. То есть юдашкинская модель её тоже демонстрировала. Это по мотивам золотного шитья.

Нас учили, используя народное искусство, делать современные вещи, их как-то перерабатывать и уже чтобы это носилось сейчас и было модным. Это, мне кажется, самый правильный вариант, потому что промыслы надо поднимать. И многие уже настолько в плачевном состоянии, что очень обидно, очень жалко — многие промыслы просто исчезли.

Помимо ремёсел, которые мы основные предлагаем — это вышивка, кружевоплетение на коклюшках, резьба по дереву и кости, — мы предлагаем ткачество.

Сейчас мы хотим запустить глиняную игрушку — это такая, как дымковская, скопинская игрушка, филимоновская. Мы, естественно, обучаем детей живописи и рисунку, потому что, не имея навыков рисунка, дети не могут те же эскизы сделать. А эскизная часть — это основная часть, потому что эскизы от руки дети должны делать.

Мы ходим на пленэр — сейчас на улице мы занимаемся, когда тепло. Дети изучают ботанический рисунок, потому что они должны видеть вот эти мелкие вещи: как листочек прикрепляется к какому-то стебелечку. Эти детали нам дают потом возможность в той же вышивке видеть мелочи. Вот копание в этих мелочах.

Та же малая скульптурная форма, особенно резьба по кости — это как раз вот эти мелочи. Не видя вот этих мелочей, они не смогут делать какие-то тонкие работы. Та же ювелирная мастерская занимается как раз вот этими мелкими вещами, мелкой пластикой.

Александр Сергеев:
— Как у вас вообще возникла идея создать такую многопрофильную школу? И с чего всё начиналось?

Любовь Камаева:
— Идея давно у меня зародилась, потому что, изучая вот эти все промыслы России, закончив МХП имени Калинина, естественно, работы по специальности нет. Очень было как-то больно и обидно за то, что всё это как-то в никуда уходит, а мы это дело любим. Мы любим наши промыслы, народное искусство.

Собрала соратников. Мне помогает Надежда Петровна Божьева — это моя преподавательница. Она нас всех выучила, кто здесь работает. Нас поддерживают все преподаватели. Мы связь до сих пор держим с преподавателями.

Александр Сергеев:
— Это все ваши одногруппники?

Любовь Камаева:
— Не совсем. Кто-то на 10 лет старше — закончил раньше, кто-то младше. Мы учились в одном университете. Мы все с одного гнезда вылетели.

Поэтому я знаю, чему там учили, я знаю, как там учили, я знаю, насколько много в нас вкладывали. Поэтому специалистов я именно наших ищу. Чтобы вот это место было действительно пропагандой промыслов России, народного искусства, сохранением ремёсел. Только наши смогут это сделать.

Если резчики наши, то они проходили резьбу по камню, по кости и по дереву. Причём всё: и Поволжье, и Север, и Центральную Россию. Они все вот эти ремёсла проходили. Поэтому мы как-то старались объединиться и стараемся передать все свои навыки детям, желающим изучать ремёсла, и взрослым тоже.

Александр Сергеев:
— Какие требования к детям?

Любовь Камаева:
— Только желание. Когда ребёнок приходит, загораются глаза, видя ремёсла, видя кружево на коклюшках, там вышивку, резьбу — у неё такие глаза большие: «Мама, я хочу!» Всё, мы таких детей просто обожаем.

Мы говорим: «Первый раз вижу ребёнка, который там сказал: „Какая вышивка!“ Всё, это наш ребёнок». У нас есть такие дети, которые занимаются уже несколько лет резьбой, например — девочки, не мальчики, девочки.

Скульптура, резьба — вот ей всё это интересно. Она попробовала ткачество, она занималась всем. И пришла к тому, что надо живопись, рисунок, потому что дальнейшая судьба у неё уже будет связана с творчеством. Она пойдёт дальше — без рисунка, без живописи ей не поступить, поэтому это основа — художественная школа. Рисование ей надо будет для поступления.

Александр Сергеев:
— А куда ещё дети поступали после того, как у вас занимались несколько лет, а потом решили связать своё будущее с тем или иным ремеслом?

Любовь Камаева:
— У нас прошёл только первый выпуск художественной школы. Это 4 года, как положено по программе художественной школы. Вот двое у нас будут поступать: одна — в архитектурный, другая у нас будет с дизайном связана. За ними идёт группа — там 4 человека уже намерены поступать.

Тоже в художественные вузы, они сейчас выбирают. Я думаю, у нас с каждым годом это число будет расти — больше и больше желающих, потому что мы стараемся дать сильную подготовку для поступления в вуз художественный.

Александр Сергеев:
— Вы являетесь инициатором фестиваля «Art-пространство». Расскажите, как идея пришла вам в голову и кто помог её реализовать.

Любовь Камаева:
— Да, фестиваль «Art-пространство» я провела уже два раза. В сентябре мы планируем третий фестиваль. Естественно, я обратилась за помощью в администрацию — в первую очередь — и к нашим депутатам. Мне помогли Юлия Владимировна Мамай и Надежда Ивановна Смирнова, потому что я с ними сотрудничаю по многим вопросам. И наш проект начал своё существование. Вот уже третий будет у нас в сентябре.

Это арт пространство для всех творческих людей, не только Химки. У нас были гости… В первый фестиваль к нам приезжали из Нижнего Новгорода, из Сергиева Посада. Естественно, ближайшие — Зеленоград, Красногорск. У нас было очень много мастеров своих, химкинских. У нас творческий город, надо сказать. Не только спортом мы занимаемся.

Поэтому очень хотелось бы вот это расширить — географию расширить в первую очередь, чтобы уже знали наш фестиваль, чтобы к нам приезжали. Хотелось бы, чтобы кузнецы были, чтобы большая направленность именно на промыслы, на ремёсла.

То есть я с этой точки зрения хочу, чтобы была пропаганда ремёсел, народного искусства — всё в одном месте в одно время. Все люди знают и приезжают.

Чтобы было интересно не только нашим местным жителям, но и другим городам, которые приезжали бы и вместе с нами отмечали такой праздник, большой творческий праздник.

Александр Сергеев:
— Я желаю вам удачи. Думаю, что у вас всё получится.

Любовь Камаева:
— Спасибо большое! Я очень надеюсь, что к ремёслам будет у нас интерес, что у нас всё-таки и взрослые, и дети заинтересуются, и эта ниточка будет продолжаться, из поколения в поколение передаваться — от отца к сыну, от матери к дочери.